Новости

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Тем, кто остался

[28.01.2020 / 11:40]

Когда статья уже была готова, Игорь Пономарёв сообщил, что получил письмо от родственников лётчика Михаила Ксенофонтовича Кузнецова. В письме они искренне благодарили за известие о месте гибели Михаила.

На фото: лётчик Михаил Кузнецов (слева) с друзьями во время обучения в Балашовском лётном училище. Это фото Игорь нашёл ещё раньше на сайте училища. Ему уже удалось разыскать родственников четырёх погибших лётчиков.

Во время Великой Отечественной войны Иркутский авиазавод, называвшийся тогда заводом № 129 имени Сталина, построил 2200 самолётов Ил­4, Пе­2, Пе­3, ЕР­2.

Тестовые полёты новой техники, обучение лётчиков пилотированию, стрельбе и бомбометанию проводились на полигоне аэродрома «Южный», который находился на берегу реки Белой. На полях и сегодня можно отыскать воронки от разорвавшихся бомб. В посёлке Тайтурка Усольского района располагался гарнизон Белая. На его базе открыли учебную часть: три казармы, столовую, ангары для самолётов. Взлётные дорожки были грунтовые. По периметру гарнизон ограждали оборонительные рвы. Местные жители говорят, что некоторые сохранились до наших дней и были закопаны совсем недавно.

На этом аэродроме останавливались на дозаправку и профилактику перегоняемые на фронт самолёты, собранные в Комсомольске ­на ­Амуре. Пилотировали и тестировали самолёты не только молодые лётчики, но и фронтовые, и даже орденоносцы. Увы, без авиакатастроф не обходилось. Известно, что пикирующие бомбардировщики Пе­2 («пешки») были сконструированы в 1938 году в СпецКБ НКВД инженерами и конструкторами под руководством В.М.Петлякова. Самолёт мог набрать хорошую высоту и летать на дальние расстояния без дозаправки. В серийное производство поступил в 1940 году. До начала войны «пешка» не прошла должных испытаний. Лётчики считали, что самолёт труден в пилотировании, особенно при взлёте и посадке. Это привело к большому количеству аварий в первые годы эксплуатации машины, в том числе и на аэродроме «Южный». Самолёты падали и разбивались, взрывались не только из­-за ошибок пилотов, но и из­-за поломок и плохих метеоусловий. Совершенно невероятно погиб один из экипажей в составе трёх человек. После того как были сброшены две бомбы, они столкнулись в воздухе, взорвались. Взрыв был такой мощности, что сбил самолёт! Он потерял управление и разбился. Экипаж погиб…

 На скорбной доске мемориала «Тем, кто не долетел» погибшим сталинским соколам гарнизона Белая в посёлке Тайтурка навечно выбито 36 фамилий лётчиков, 12 экипажей. Старшему из них было 30 лет, младшему - 20. И это только те, кого удалось установить благодаря рассекречиванию документов военных лет. Даты гибели лётчиков - 1941­й и 1942 годы.

Первые упоминания о погибших гарнизона Белая появились в интернет­журнале «Мои года» в 2014 году. Иркутский журналист Михаил Денискин смог установить личные данные 33 пилотов. Именно его публикация послужила отправной точкой для установки памятника в Тайтурке. Совет молодёжи посёлка в 2018 году подал заявку на грант районной администрации, но тогда выиграть его не получилось. Год спустя Екатерина Громова, депутат думы Тайтурского муниципального образования, работающая заведующей складом войсковой части 34055­В в военном городке Среднем,  взялась за доработку гранта. И вот он получил одобрение. Было выделено 50 тыс. руб., которые первыми упали в копилку средств на памятник лётчикам. Всего собрали 270 тыс. руб. Иркутский авиазавод, авиабаза «Белая», предприниматели, население Тайтурки, Усолья­Сибирского и даже жители других городов России - многие посчитали своим гражданским долгом внести деньги на возведение памятника. Екатерина Громова с особой благодарностью отмечает, что Иван Зуев, именитый скульптор из села Тельма, взялся за работу без предоплаты - в отличие от другого скульптора, запросившего 200 тысяч и не согласившегося работать без предоплаты. Эскиз и саму скульптуру выполнили Иван Зуев и его помощники­мастера. Они на свои средства купили материалы и начали работу. Как оказалось, собранных средств только на материалы и хватило…

- Мы выполнили эту работу от эскиза до установки благотворительно, - рассказывает Иван. - Народ средства собрал, мы не могли иначе поступить. Один из трёх моих эскизов утвердила специальная комиссия, в которую входили представители администраций Тайтурки и Среднего: это лётчик, смотрящий в небо. Три месяца ушло на саму работу. После заливали постамент, устанавливали скульптуру. На специальном станке плазменной резки вырезали лопасти пропеллера и буквы для фразы «Никто не забыт, ничто не забыто». Полная стоимость проекта - не меньше полумиллиона рублей.

Екатерина Громова подтверждает, что многие откликались и помогали безвозмездно:

 - Сергей Толмачёв, уроженец Тайтурки, ныне живущий в Иркутске, купил и привёз пять кубов бетона, которым залили площадку перед памятником. Братья Андрей и Артём Бурлакины привезли и посадили сосны. Директор ООО «Лайт» Александр Долгих выделил пиломатериал для установки ограждения площадки памятника, а местные жители Леонид Поняев, Александр Орешкин и Алексей Шарыпин этот заборчик и калитку смонтировали.

Это всё, так сказать, материальная помощь. А как оценить огромную работу, которую провёл и продолжает вести Игорь Пономарёв, юрист администрации Тайтурки? Он писал и рассылал письма в архивы, делал запросы в «Мемориал» - обобщённый банк данных Министерства обороны Российской Федерации, разыскивает родственников лётчиков. Игорю удалось установить данные ещё трёх летчиков. Их экипаж погиб и похоронен в Осинском районе, но взлетал самолёт с аэродрома «Южный».

- Я служил срочную службу в авиации. История погибших лётчиков не оставила меня равнодушным. Разыскивая родственников пилотов, посылал запросы в 10 субъектов России, в Беларусь. Уже есть и результаты. Откликнулась женщина, чьи родители до самой смерти искали место, где погиб их сын. Только теперь стало известно, что это у нас. Один из погибших был из Украины. Удастся ли отправить запрос и получить ответ оттуда? Летом планируем организовать подъём останков самолёта со дна реки Белой. Нашёлся человек, рыбак, который может точно указать место падения самолёта. Известно, что при падении в реку он взорвался. Так что, скорее всего, кроме этого крыла и части двигателя, ничего и не осталось. Мы сравнили информацию рыбака и официальные данные. Они совпали. Крыло, скорее всего, установим здесь же, на мемориале.

 Игорь считает, что 36 лётчиков - это не все погибшие. Вероятно, что были и другие, просто ещё не все архивы открыты. Не может быть, что погибали только в 1941­м и 1942 годах, а потом как отрезало. Поисковую работу необходимо продолжать.

 Открытие памятника состоялось в торжественной обстановке 20 августа 2019 года, в день празднования 353­летия посёлка Тайтурка и в День Воздушного флота России. Собралось много народу. Из Новосибирска приехал племянник одного из погибших лётчиков - Виктор Гастеев, привёз фотографии дяди. По его данным, дядю похоронили в соседней Сосновке. А где же могилы других лётчиков?

Екатерина тоже пребывает в недоумении:

- Мы со старожилами Тайтурки обошли всё кладбище. Наша молодёжь ухаживает за могилами ветеранов и воинов­интернационалистов, ухаживала бы и за могилами лётчиков. Но мы их не нашли! Возможно, в более позднее время к ним подхоронили умерших местных жителей...

 В десятке метров от мемориала находится двухэтажное здание, в котором во время войны находился штаб гарнизона и была одна из трёх казарм.

Сейчас здесь располагается участковая больница посёлка Тайтурка. Там же, рядом, сохранилась и столовая, в которой питались лётчики. Поднимаясь по стёртым ступеням больницы, заглядывая в пустые палаты, легко представлялось, как тут отдыхали военные - молодые, сильные. Балагурили, подшучивали друг над другом, пели песни, писали письма родным, сурово молчали и смахивали слёзы, когда кто­то из их сослуживцев погибал. Сейчас же в одной из палат проходит лечение местная жительница Тамара Бренцан (на снимке).
Бабушке 80 лет, но она отлично помнит те годы:

 - Я маленькая была, но всё равно помню. Было много солдат и лётчиков. Они на танцы приходили - молодые же все. Плясали в клубе под гармошку. Некоторые женились, остались тут. После войны кто уехал, кто остался. Сейчас­то они все умерли. Одного лётчика я помню. Он разбился, и его хоронили на нашем тайтурском кладбище. Вместо памятника поставили вертушку эту лётчицкую… ага, пропеллер. Она на ветру так крутилась… Потом уж сломалась. Мы босиком бегали смотреть - надеть­то нечего было, как самолёты садятся. Они сядут и закатываются в большие эти… ангары. Потом в ангарах были зернохранилища, пшеницу ссыпали туда. Потом хулиганы какие­то их сожгли. Они в последнее время бесхозные стояли. А что памятник открыли, так это правильно - пусть молодёжь помнит. Красивый памятник. Я плакала, плакала…

 Аэродром просуществовал до 1956 года. После войны его использовали под нужды гражданской и сельскохозяйственной авиации. Да­да! Из Тайтурки можно было улететь на самолёте в Иркутск. Рейс длился три часа. Сейчас на автомобиле доехать быстрее. Но тогда и дорог таких не было. Вот и летали жители Усольского района в областной центр на самолётах - цены позволяли. И никого это не удивляло. После территорию распахали под поля. А теперь эта земля и вовсе стоит заброшенная, травой поросла.

По следам на снегу видно, что к памятнику постоянно ходят. Местные говорят, что из других населённых пунктов люди приезжают. Активисты открытия памятника надеются, что к памятнику приедут родственники тех, чьи имена высечены на плите. Пусть могилы не сохранились, но память народная жива. Подвиг лётчиков чтят. Теперь есть куда прийти поклониться, принести цветы, сказать слова благодарности за победу. Есть куда привести детей и рассказать им о героях, о той цене, которой досталась победа. И если удастся найти имена других погибших лётчиков, то их тоже внесут в список. Но лучше пуcть так и останутся 36. Так хочется верить, что больше никто не погиб: и без того много скорби…

 Как пел Владимир Высоцкий:

Мы летали под Богом,

 Возле самого рая.

 Он поднялся чуть выше -

 И сел там,

 Ну а я до земли дотянул…

 

Елена Давыдович

Копейка

 

 
вверх