Бессмертный полк

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Усть-Илимск

Назад

Бачин Александр Ермолаевич

Ветеран УИ ЛПК Валерий Бачин очень бережно относится к истории своей семьи. Сегодня мы предлагаем читателям «Вестника» его рассказ об отце-фронтовике – Александре Ермолаевиче Бачине.

- Мой отец Александр Ермолаевич Бачин родился в 1909 году в Архангельской области, в семье зажиточного крестьянина, - рассказывает Валерий Бачин. - Фамилия Бачиных в памяти отца начиналась с его прадеда Алексея, жившего в первой половине 19 века в деревне Выползово, что в пяти верстах от села Никольское тогдашнего Сольвычегодского уезда (теперь Вилегодский район Архангельской области). Деревня и поныне существует. Она стоит на возвышенном берегу небольшого озера. Рядом с местом, где раньше стоял дом Бачиных, со дна озера бьет ключ. Из озера вытекает небольшой ручей, текущий в сторону реки Виледь. Отец рассказывал, что по весне и осени на озеро садились утки, которых, случалось, стреляли из ружья прямо из окна дома. После войны дети продали дом сельсовету, где его разобрали и перевезли в Никольское, приспособив под больницу, впоследствии ставшую амбулаторией. На фундаменте дедова дома сейчас построен другой дом. Дед был грамотным, выписывал журнал «Нива», где черпал информацию о передовых агротехнических знаниях, в течение многих лет вел дневник метеонаблюдений. А вот с образованием детей возникли проблемы. Отец успел окончить три класса церковно-приходской школы, которую после революции закрыли, и рано пошел работать. После службы на флоте отец вернулся в Архангельск и продолжил работу на лесопильном заводе в Маймаксе. Со временем отца назначили бригадиром. Бригада была передовая и ее часто перебрасывали на отстающие участки. До самой войны отец был постоянным участником областных профсоюзных конференций, а в 1937 году его фотография была на областной Доске Почета.

 

Бригада морской пехоты

 

 - О том, что отец был военным моряком, я знал, кажется, всегда, - продолжает рассказ Валерий Бачин. - В шкафу висели его бушлат и бескозырка. Мне нравилось примерять бескозырку, бушлат мне был явно велик. Действительную или, как теперь говорят, срочную службу отец прошел на Балтийском флоте еще до войны. Сначала обучался во флотском экипаже в Кронштадте, где получил специальность минера. После окончания учебы был направлен на минный заградитель «25 октября». Основной задачей минного заградителя в то время было траление и уничтожение оставшихся после первой мировой войны минных полей в Финском заливе. После окончания службы отец вернулся в Архангельск, где и работал до начала войны.

Уже 27 июня 1941 года отца призвали на Северный флот, в Мурманск. Теперь он был по своей специальности занят на установке минных полей, препятствующих проникновению немецких подлодок к порту и на расчистке проходов в немецких минных полях для наших кораблей и подлодок. К середине 1942 года фронт в районе Мурманска стабилизировался, но создалось угрожающее положение на Сталинградском направлении. В конце августа по приказу Ставки главнокомандующего часть моряков Северного флота и Беломорской флотилии и отец в их числе в составе маршевых батальонов, в своей форме и со своим оружием, были направлены под Москву, в район города Ступино. Там 2 сентября 1942 года формировалась 92-я  военно-морская бригада. Времени на учебу у моряков практически не было. Через две недели бригада была перевезена в город Кинешму, откуда по Волге на баржах была переправлена в Сталинград, где вошла в состав 62-й армии Сталинградского фронта.

Военно-морская бригада вступила в бой 18 сентября 1942 года. Участок фронта для нее был определен в районе устья речки Царица. Первые потери моряки понесли во время высадки на берег, которая проходила под огнем немцев. Линия фронта находилась всего в 70 метрах от берега Волги. Перед бригадой была поставлена задача отбить захваченный фашистами элеватор. Атаки продолжались и днем, и ночью. В одном из боев отец был тяжело ранен: пуля прошла в двух сантиметрах над сердцем, пробив легкое и раздробив левую ключицу. «Нам дали приказ штурмовать четырехэтажный кирпичный дом, изрядно побитый снарядами, - вспоминал отец. – Когда мы пошли в атаку, выстрелов в нашу сторону не было. Забежали в подъезд, поднялись по лестнице, осматривая распахнутые настежь квартиры. Каково же было наше удивление, когда в одной из квартир мы обнаружили старика со старухой, сидящих у самовара и пьющих чай из блюдечек. На вопрос «Есть ли в доме немцы?» хозяева ответили, что фрицы сидят в подвале. Когда мы выбежали из подъезда, из подвала раздались выстрелы. Я почувствовал сильный толчок в левое плечо, упал и от резкой боли потерял сознание. Пришел в себя, когда уже стемнело. Левую руку не чувствовал, бушлат был пропитан кровью. Рядом лежали убитые товарищи. Сильно хотелось пить. Пополз в сторону Волги, подтягивая за собой винтовку. По пути наткнулся на лужу, напился воды, смешанной с грязью и кровью. На берегу мне оказали первую помощь и под покровом ночи переправили на лодке на левый берег. Потом был медсанбат, госпиталь в городе Сызрань. После трех месяцев лечения меня выписали из госпиталя с формулировкой: годен к нестроевой службе. Направили во флотский экипаж в городе Ярославле, где я служил до конца войны, сопровождая воинские эшелоны. В декабре 1945 года меня демобилизовали».

 

Собственное расследование

 

 - Помню, когда отцу вручали медаль к 20-летию Победы, я спросил, почему у него нет медали «За оборону Сталинграда»? Он ответил, что обращался в райвоенкомат сразу после войны, но получил отказ из-за неточной записи в военном билете. В 1972 году отца не стало. Знания о том, что отец воевал и ранен в Сталинграде, мне вполне хватало, и отсутствие у него медали не напрягало. Но в 2008 году вышел Указ президента «О праздновании 65-й годовщины завершения Сталинградской битвы», согласно которому участникам битвы и их вдовам назначалась единовременная денежная выплата. Моя мама Лидия Александровна обратилась в Котласский райвоенкомат, представив справку о ранении отца. Просьбу отклонили, заявив, что справка не подтверждает участие ее мужа в обороне Сталинграда.

Мама пожаловалась мне на такую несправедливость. И я решил провести свое расследование. Обратился в Усть-Илимский райвоенкомат с просьбой сделать запросы в Центральный архив министерства обороны РФ и Центральный военно-морской архив о прохождении службы отцом во время Великой Отечественной войны. Через четыре месяца пришел ответ из Центрального военно-морского архива. В нем сообщалось, что краснофлотец Бачин Александр Ермолаевич с 27 июня 1941 года по 21 августа 1942 года проходил службу в должности минера в 116-м отдельном батальоне на охране рейдов в Мурманске Северного флота. Краснофлотец Бачин А.Е. убыл в составе 4-го маршевого батальона в распоряжение Архангельского военного округа. Ответа из Центрального архива министерства обороны долго не было, и я сделал повторный запрос, теперь от себя лично. Вскоре пришел ответ. Цитирую его дословно: «Сообщаем, что в составе войск СА существовала 92 стрелковая бригада, а не военно-морская. В утвержденном генеральным штабом Вооруженных Сил Перечне объединений, соединений, частей, личный состав которых подлежит награждению медалью «За оборону Сталинграда», 92-я стрелковая бригада значится. В имеющихся на хранении ведомостях на выдачу денежного содержания рядовому и сержантскому составу 92 сбр. за сентябрь 1942 года Бачин А.Е. не значится. Книг учета рядового и сержантского состава 92 сбр. на хранении в ЦАМО РФ нет».

Теперь все встало на свои места. В справке о ранении значилась 92-я морская бригада, в военном билете местом прохождения службы была указана 92-я военно-морская бригада. Даже в мемуарах командующего 62-й армией В.И. Чуйкова бригада названа и морской, и стрелковой на одной странице. В этом и состоит причина, почему отец не получил заслуженную награду. На сайте «Форум морпехов» я нашел описание боевого пути 92-й стрелковой бригады. Через месяц непрерывных боев из 4500 моряков первого состава в строю осталось всего 12 человек. Бригаду отвели на переформирование, пополнили моряками-тихоокеанцами и направили на Мамаев курган, где она воевала до конца сражения. Весной 1943 года остатки бригады влили во вновь созданную стрелковую дивизию. На том же сайте я узнал, что в школе-гимназии №4 города Волгограда есть музей 92-й бригады. Когда в 1960 году строители копали котлован под здание школы, они нашли медальон одного из моряков. Эта реликвия и стала первым экспонатом музея. Сегодня в школьном музее есть сведения только о 450 моряках первого состава бригады. Узнав об этом, я отправил в адрес музея собранные мной справки из архивов, справку о ранении отца, его удостоверение к медали «За победу над Германией» и фотографию военных лет. В конечном счете, не главное - получили или нет фронтовики заслуженные награды, важнее то, что благодаря им мое поколение, рожденное сразу после войны, мои дети и внуки живут под мирным небом.

 

Подготовила Любовь Жгунцова

Вестник Усть-Илимского ЛПК

 

Матвеич

Уважаемая Иванишина! Я понял, что газета "Правда" для вас открытие. Но она не засекречена и при желании можно найти в архиве любой номер.

А вывод вы сделали неверный:

"прикоснуться к исторической правде, которую сегодня наши западные оппоненты стремятся очернить, преподнести подрастающему поколению в искаженном виде и т.п."

Не согласитесь ли на другой:

Когда-то наши страны были в дружественных отношениях.

Вот и Литвинов сказал: " Я считаю своим приятным долгом одновременно повторит и подчеркнуть выраженные моим предшественником чувства дружбы и глубокого уважения, которые народы Советского Союза испытывают к американскому народу..."

А сейчас нам нагло стараются внушить, что Америка - наш злейший враг, и так было всегда!

Такой вывод вас не устраивает? Вероятно так. 

К сожалению, ваш вывод устраивает те 86 %, которые именуют себя "простым народом".

7 4

30.05.2015 16:39:55

вверх